deutsch   english   español   français  italiano
  nederlandse    polska   português   русский





Бриджит Нейман



Ночь была настолько темной, насколько это возможно только в деревнях, где уличные фонари погасают в полночь и из окон не светит ни один свет. Облака навязали звезды. Незадолго до рассвета по улице скользил десятицентовой конус фонарика. Цифра за ним была еще темнее, чем ночью. Она подошла к зданию на окраине деревни, осталась на минутку, забралась в окно, через несколько минут вышла из него и исчезла со светлым мешком на спине.
Утром шел дождь. Был конец октября и сумерки, когда Арне приехал рано утром. Его коллега по ночной смене поприветствовал его.

"Доброе утро, Арне. Только что поступил анонимный звонок. Касса в гостинице "Темнфинг" была разграблена сегодня вечером."

"Мне туда пойти?"

"Да, подождите, пока вы двое сможете уйти!"

"Да ладно, это же просто запись."

"Ну ладно. Как скажешь!"

"Хорошо, я уже еду! Мобильный телефон включен."

Гостиница стояла на окраине деревни с большим пивным садом, граничащим с сосновым лесом. Он находился недалеко от большого пруда, популярного летнего воскресенья.

Все окна были заперты ставнями. Лишь на западной стороне гостиницы был широко открыт первый этаж. Дождевая лестница. Дверь пансионата имела старую художественно изогнутую латунную ручку и стукер рядом с ней. Арне постучал, никто не ответил. Он толкнул ручку вниз. Дверь уступила. Он стоял в передней комнате в гостиной. Фрагменты слов попали ему в ухо. Он не мог понять ее. Он громко постучал кулаком в дверь ресторана. Разговор за ним затих. Человек, маленький, но приземистый, по крайней мере, в свои 60 лет, открылся.

"Чего ты хочешь? Бутылка пива? Сейчас нет! Слишком рано. Кроме того, это день отдыха!"

"Я не хочу никакого пива. В вашем доме идет дождь. В задней части угловой комнаты окно открыто с западной стороны."

"Какая тебе разница? Спасибо." Человек указал рукой на дверь.

Арне не обратил внимания на этот жест и спросил: "Можно войти? Вы мистер и миссис Бэйер? Арне Ларссон из Департамента уголовных расследований."

Женщина подошла ближе. Она была даже меньше, чем ее муж, примерно столь же старая и очень изящная.

"Что ты здесь делаешь?" Снизу она осмотрела гораздо более молодого детектива, который догнал ее почти на две длины головы, подозрительно и отвергнуто от переутомленных глаз. Она скрестила руки перед телом.

"Проверь свою кассу." Арне оставался объективным.

"Почему?" Хозяин казался удивленным.

Его жена засунула пальцы в плечо и укусила губы.

"Потому что кто-то позвонил, чтобы сказать, что ее ограбили."

Ведущий покачал головой и направился к двери рядом со стойкой.

"Куда ты идешь?" спросил Арне.

"Закрой окно, в которое идёт дождь."

"Я пойду с тобой." Арне подошел к нему.

"Нет, это наши частные комнаты", - защищала Алоис Байер.

"Ты спишь там?"

"Нет, это комната Катрин." вмешалась Анна Байер. Она не смотрела ни на Арне, ни на своего мужа.

"Муж шипнул и предупредил ее, чтобы она взглянула.

Арне перехватил его. Он стоял между супругами.

"Кто такая Катрин?"

"Наша дочь", женщина протиснулась сквозь губы.

"Сколько лет?"

"Семнадцать." Снова домовладелица ответила.

"У тебя есть еще дети?"

"Нет, она наша единственная. Мне было уже больше сорока, когда она ехала. Раньше мы только работали. Гостиница должна была быть построена. Бизнес был нездоровым, когда мы взяли его в свои руки." Энн Бэйер посмотрела на детектива. Ее глаза трепещут.

Алоис Байер устроил себе гнездо пальцами и разгладил волосы. "Наша дочь - не ваше дело."

"Что если она сбежала с деньгами из кассы?" Анна Байер упала в обморок. Она начала рыдать.

"На этом все", - сказал Алоис Бэйер. "Нас ограбили сегодня вечером. Это не в первый раз случается. Судьба! Я бы тебе точно не позвонил. Мы сами позаботимся об этом. Ты можешь снова уйти."

"А как же твоя дочь?" Арне не отпустил бы.

"Она ушла!" Анна Байер подъехала и прокричала это в комнату.

Левая бровь Арне выросла. Он был удивлен. Быстрее, чем он ожидал, он услышал то, что давно подозревал.

"Она сбежала с деньгами?"

"Да, нет, я не знаю. Но это не самое худшее." Пробка тишины на обложке стукнулась с Анной Байер. Фрагменты предложений пузырьками, фрагментарными, разорванными.

"Прошлой ночью.. она. была. такой. же. чертовой. наркотой. и. в. ее. комнате. были. разбросаны. спиртные. таблетки. и. она. была. за. дверью. гости. не. должны. заметить. что. мой. муж. пронес. ее. через. подвал. в. кровать. он. отослал. парня. прочь. из. ее. комнаты.

Арне наблюдал за хозяином. Чем больше говорила его жена, тем больше дрожали ноги. Он едва мог поставить стул, прежде чем упал в обморок. Арне тоже сел. Холодный душ пронесся по его спине.

"Ты что-нибудь слышал сегодня вечером?"

"Нет, ничего. Никакого шума. Сегодня утром ее не было. И деньги тоже. Я не знаю, как это сделать. Она больше не могла ходить. Ни шага. Мы должны были отнести ее в постель. В один из часов я снова посмотрел на нее, пытался встряхнуть ее. Она не отреагировала, просто задохнулась во сне. Она никогда раньше не уходила. Мы часто прятали ее, когда она приходила домой и была закрыта. Из-за разговора. Но я думал, что она должна снова стать разумной", - говорит Анна Байер, - "Голос становится все тише и тише. "Как я была глупа!" Она заикалась. "Всегда всё скрывает..."

Интуиция Арне сформировалась. Его левая бровь дрожала. Никто не говорил. Только дождь пролился на окно.

"Нет", подумал детектив. "Еще один, который исчезает! Это уже третья за две недели. "Все трое накачаны наркотиками." Он должен был бы рассказать об этом родителям вскоре, до того, как об этом узнала пресса, но не в одиночку, а сейчас еще слишком рано.

Уголовный розыск был в темноте до весны. Затем они нашли пропавших подростков на дне большого пруда, завернутых в пуховое одеяло. Арендодатель заметил темную фигуру с ярким пучком света, когда он направлялся к пруду незадолго до рассвета. Он немедленно предупредил полицию.